Заметим, что в первых двух играх должен был пойти принципиальный спор двух школ — европейской и латиноамериканской. Надо сказать, что уже до этих игр преимущество было на стороне футболистов Старого Света.

При этом не следовало забывать, что англичане, для которых все складывалось довольно успешно, продолжали выступать в родном Лондоне. Казалось, что и немецкие футболисты будут иметь преимущества в матче с уругвайцами. Ливерпуль должен был стать «моментом истины» для КНДР и Португалии; Сандерленд — для Москвы и Будапешта.

Поединок тренеров.

Самое серьезное испытание пришло для нашей сборной. Победа нужна была, как воздух. Тогда впереди — доселе незнакомая нам ступень полуфинала. Шагнуть на нее наши спортсмены имели все шансы и основания.

Пора ничьих прошла. Переигровка могла быть только в финале.

Итак, в четырех городах, на четырех крупнейших стадионах — «Уэмбли», «Халлсбро», «Гудисон парк» и «Рокер парк» — 23 июля должна была скрестить оружие «великолепная восьмерка», успешно преодолевшая промежуточный финиш розыгрыша Кубка мира по футболу.

Четвертьфинальные игры — весьма своеобразный барьер, на котором начертаны только два слова: «Все» и «Ничего». В самом деле, после почти двухнедельных баталий, после блистательных побед над грозными соперниками достаточно лишь одного поражения, чтобы оказаться сброшенным в бездну часто незаслуженного забвения, и лишь одной победы — чтобы войти в четверку сильнейших футбольных команд мира! Но ничего не поделаешь — от формулы проведения чемпионата пострадает половина «великолепной восьмерки».

Наученные горьким опытом предварительных игр съехавшиеся в Англию со всего мира две тысячи спортивных обозревателей предпочитали изъясняться туманными фразами на манер дельфийского оракула. Еще более осторожными были тренеры.