Вечер был званный, и все соблюдали протокол: были одеты в костюмы, при галстуках. Марадона — любитель легких рубашек и маек — достойно соблюдал общие правила, был одет в синий блейзер, шелковую белую рубашку, полосатый галстук. Добрая, располагающая улыбка, немногословен, предупредителен, никаких признаков «звездной болезни». Все говорили по-итальянски.

Ужин был организован Коррадо Ферлаино, не для «отчетов» в печати. Но фиксировалась каждая сказанная фраза. Например, когда подали «Коктейль из креветок» в высоких венецианских фужерах, Диего похвалил: мол, такими изысканными блюдами потчевали только герцогов и королей в XVIII веке, проявил знания не только в гастрономии, но и в неапольской истории. (Все это позже появилось в печати.)

Затем подали спагетти и рыбу. От мясных блюд Карека и Марадона отказались. Диета? Нет. Просто не захотели.

За вторым блюдом журналисты задали вопросы Марадоне о том, что думает этот футболист о его великих предшественниках — о Пеле и Яшине.

—    Пеле? Этот титан футбола. У него нет конкурентов. Кроме, пожалуй, меня, — сказал Марадона.

—    Яшин? Это золотой вратарь. Я бы отдал сотню лучших забитых мной мячей за один гол в ворота Яшина. Но, увы, это невозможно.

После ужина Марадона ушел первым, просил передать привет Льву Яшину. Если, конечно, это возможно. Не удалось.

Последняя перчатка.

Этот текст символичен. Он был опубликован в «Известиях» 22 марта 1990 года. Вместо некролога. Написал его большой друг Льва Ивановича и газеты «Известия», всех нас, выразив наши мысли, Лев Филатов — один из самых популярных в то время публицистов.

Теперь эту последнюю корреспонденцию о Л. Яшине можно найти всего в одном-двух архивах РФ, а мы ее сохранили и дарим нашим читателям без каких-либо купюр и изменений. (Корреспонденция сопровождалась фотоснимком, на котором Л. Яшин и А. Хомич.)