Читаю книгу воспоминаний о великом Льве Яшине, среди авторов — друзья-соратники, мастера, журналисты, поэты, его зарубежные друзья. Узнал немало неизвестного ранее: дважды в ответственных международных матчах он получал сотрясение мозга, но продолжал играть. А на мельбурнской Олимпиаде повредил ключицу, но после сделанного укола остался на поле.

Когда сборная команда отправилась в турне по Южной Америке, в договоре было оговорено, что Яшин обязан выступать в каждом матче хотя бы один тайм. Во время одного из матчей он был удален с поля, когда после неоднократных грубых нападений со стороны одного из нападающих ткнул того мячом, и гигант был отправлен в нокдаун (может и симулировал — неизвестно). Местные газеты сначала воспылали гневом, но после банкета, где Яшин обнял потерпевшего в знак дружбы, фотография обошла всю страну, и обида была забыта.

Немало рассказывается и о таком, за что становится просто стыдно. Оказывается, однажды в конце 70-х он возвращался из Испании, куда ездил по персональному приглашению на какое-то торжество, и в Париже должен был пересесть на другой рейс, уже аэрофлотовский, в Москву. Рейса не было, он остался предоставленным самому себе, что называется, без копейки. Ни воды попить, ни бутерброда съесть. Позвонил в посольство, представился, объяснил ситуацию. Сотрудник выслушал и ответил, что ничем не может помочь, такой статьи расхода не предусмотрено.

Не хочется в это верить — так это невероятно! Конечно, каждому встречному-поперечному денег не напасешься, но это же был Яшин. Я-шин!!!

Кстати, по иронии судьбы в тот день он был узнан распорядительными французами как Черный паук и, сфотографировавшись по их просьбе на фоне экспонатов фирмы «Адидас», получил и подарки, и денежный гонорар.