Лев Яшин ненавидел фальшь, озлобление, нечестность.

Выше гор могут быть только горы.

Константин Бесков, заслуженный мастер спорта, тренер.

Когда я впервые встретился с Львом Ивановичем Яшиным? Дай Бог памяти. Это было в 1949— 1952 годах. И что точно, так это то, что он был тогда просто Левой, Львом. Помню его в солдатской форме, в кирзовых серых сапогах, в пилотке, в шинели из сурового сукна, в гимнастерке с какими-то значками, но без всяких наград и знаков отличий.

—    Какое было первое впечатление от знакомства?

—    Сейчас, более полвека спустя, сказать трудно, но я почувствовал, что имею дело с очень сильным парнем. Его человеческие качества раскрывались постепенно, я узнавал Леву с разных сторон. Какие его качества я считаю главными? Не подумайте, что я говорю по старинке, мыслю прошлыми категориями. Я таков, каким был и каков есть. Лев Иванович для меня Великий патриот нашего Отечества, человек огромной выдержки, силы воли, мужества, с развитым чувством полезного коллективизма. Он умел широко раскрывать свою душу, подставлять для опоры другим свой локоть и благодарно опираться на руку друзей.

Что я сказал ему конкретно? Разве все теперь передашь дословно?! Но помню, что я его не просто успокаивал, рисовал горизонты в розовом свете, я был по-спортивному, если хотите, по-военному строг и прям.

Но, видимо, только такой разговор и необходим был Льву Яшину. И он остался в футболе. А ведь могло случиться по-

разному. И то, что мы нашли общий язык, поговорили в критический точно выбранный период как спортсмен со спортсменом, сыграло свою роль в его судьбе как голкипера, спортсмена и Человека вообще.