Традиции закрытых дверей, установленные еще при Романцеве, сохранились и при новом главном тренере, по крайней мере, в ту пору попасть на тренировку в Тарасовку было так же трудно, как и слетать на Марс. Взять интервью у Старкова, который все месяцы работы в «Спартаке» чувствовал себя неуверенно, тоже не удалось. Однако его неожиданный уход из «Спартака» окружен ореолом таинственности и недосказанности. Этот «свинцовый, непроницаемый» человек, по меткому утверждению Максима Калиниченко, все унес с собой. На тренерскую судьбу Старкова повлияли совершенно неожиданные факторы, ранее в нашем футболе встречавшиеся редко.

Начать следует, разумеется, с гневного выступления в газете «Спорт-экспресс» бывшего спартаковца, победителя Лиги чемпионов и Кубка УЕФА Дмитрия Аленичева. Многие журналисты и представители армии болельщиков, обсуждая его интервью в газете, задавали один и тот же вопрос: «Зачем ему или кому-то другому это было нужно?» Основная версия ответа сводилась к тому, что Аленичев не захотел больше терпеть методы работы в «Спартаке» тренера Старкова, которые вели команду в тупик. Преследовал ли автор критики личные интересы, так и осталось за чертой обсуждений.

Старков не сразу ответил на публикацию в «Спорт-экспрессе» и долгое время хранил молчание. Понять его можно. Не так часто в российском футболе игрок открыто критикует работу своего тренера. Футболисты обычно терпят, в редких случаях добровольно покидают команду. Наконец, Старков, находясь в Риге, согласился дать интервью, которое в начале мая 2006 года было опубликовано в газете «Советский спорт». Редакция подала его как сенсационное, хотя при внимательном прочтении ответов Старкова можно с уверенностью сказать, что ничего особенного в нем не было.