Должность позволяла проявить заботу о дальнейшей судьбе родного футбольного клуба. Как и много лет назад, он собрал большой семейный совет, на котором был поставлен один-единственный вопрос, как снова вернуть «Спартак» в высшую элиту, как возродить его былую силу? Андрей Старостин и назвал тогда кандидатуру на пост главного тренера – Константина Ивановича Бескова, с которым был давно знаком.

В тот период Бесков находился не у дел, пребывал в опале со стороны динамовского руководства. Такое в его тренерской жизни случалось не раз. У него была почти канцелярская должность – сидеть в служебном кабинете и следить за футбольными делами в спортивном обществе «Динамо», за всеми командами скопом. Ему, конечно, хотелось работать в своей отдельной команде, руководить конкретным коллективом, воспитывать молодежь. Но Бесков всю жизнь оставался динамовцем, убежденным соперником «Спартака», имел, чуть не написал по привычке – «носил», погоны полковника МВД. Уйти по своей воле из ведомства он не мог ла и не хотел, рассчитывал на солидную пенсию. Впрочем, руководство «Динамо» не стало чинить препятствий, очевидно, учло заботу, проявленную в тот момент о «Спартаке» со стороны московского партийного и профсоюзного руководства, и «командировало» Бескова в «Спартак». Николай Петрович Старостин снова вернулся на должность начальника команды и проработал в этой роли еще почти 20 лет, фактически до самой смерти. На возвращении его якобы настоял новый главный тренер. То, несомненно, было мудрым решением, равно как и приглашение Бескова в «Спартак». Теперь, возвращаясь в прошлое, можно сделать вывод в правильности такого неожиданного выбора.

Противоречивый, неуживчивый характер Бескова часто мешал ему в работе, в отношениях с начальством. Свои суждения, взгляды на футбол он отстаивал открыто, высказывался безапелляционно, невзирая на лица.