Спецоперация ФСБ - "Проект Вторая Россия"

Сергей Аксенов (незадолго до ареста)

Пентелюк, Лимонов, Аксенов (за решоткой саратовского суда)

Пентелюк и Аксенов

Олег Лалетин

Нина Силина

Эдуард Лимонов (Савенко)

Эдуард Лимонов (после освобождения)

Нина Силина (после освобождения)

По версии следствия «11 и 24 марта 2001 года, соответственно, в городах Уфа и Саратов за совершение приобретения, ношения и перевозки оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ были задержаны 4 представителя различных региональных отделений Национал-большевистской партии (Лалетин, Нижний Новгород; Пентелюк, Смоленск; Карягин, Саратов; Силина, Ковров Владимирской области). Всего у задержанных было изъято 6 автоматов Калашникова, около 150 патронов к ним, около 900 грамм взрывчатого вещества пластида и 2 электродетонатора.

Согласно полученным в ходе расследования данным, названное вооружение было приобретено по указанию лидера НБП Савенко Э.В. (Лимонова) с использованием возможностей учредителя газеты "Лимонка" С. Аксенова и предназначалось для вооружения незаконного вооруженного формирования "Национал-большевистская армия" (НБА), в соответствии с преступными планами организаторов, оно должно было быть доставлено для складирования в приграничные с Казахстаном районы Республики Алтай».

Олег Лалетин был арестован с оружием 11 марта 2001 года в поезде Уфа-Новосибирск.

24 марта 2001 года Силину, Пентелюка и Карягина арестовали в Саратове.
7 апреля 2001 года на Алтае был арестован Эдуард Лимонов и Сергей Аксенов.

30 марта 2001 года, поздно вечером в г. Новосибирске на перроне железнодорожного вокзала Лимонова, Акопяна и Шилина встретил целый взвод милиционеров в форме и без неё. В поезде с ними тоже приехали по меньшей мере двое. Сообщили, что хотят обыскать в рамках операции «Вихрь-Антитеррор» и провели в помещение линейной милиции в подземной части вокзала, где тщательно обыскали в присутствии видеокамер. Ничего не нашли. Вёл обыск человек, представившийся офицером ФСБ. За неделю до ареста Лимонова становится известно, что член ЦК НБП Артем Акопян завербован и работает на ФСБ. Сомневаясь в слухах, Лимонов все же взял его с собой в поездку на Алтай.

Однако, Акопян как раз тот человек ФСБ в «руководстве партии», которым спустя восемь дней будет хвастаться перед арестованным Лимоновым, подполковник ФСБ Кузнецов. На показаниях Акопяна прокурор выстраивал линию обвинения нацболов в терроризме.

Тем временем, не дожидаясь ареста Лимонова, 30 марта в московском помещении партии провели обыск. Машина ФСБ работала на полную мощность. Была поставлена цель - во что бы то ни стало сшить дело на Партию и посадить Лимонова. Как выяснилось на суде, в бункере были найдены и приобщены к делу: штаны камуфляжные, кобура желтого цвета, шапочка вязаная с прорезями для глаз черного цвета, котелок армейский. На основе этих вещей, примерно через год после ареста, всем обвиняемым было выдвинуто обвинение в организации незаконных вооруженных формирований!

Вообще, ФСБ долго мучились, собирая материалы для дела. Все шестеро арестантов были отправлены на психиатрическую экспертизу в институт им. Сербского. С какой целью? Силину даже оставили там на месяц проверяться дополнительно.

После предъявления обвинений в терроризме и создании незаконных вооруженных формирований, даже генпрокуратура (!) указывала следствию на необоснованность таких обвинений и требовала дополнительных доказательств.

Следствие шло в Москве, но чтобы рассмотрение дела в суде вызывало наименьший ажиотаж прессы и общественности, ФСБ хотелось перенести суд куда-нибудь в глушь: идеально на Алтай, а нет – так в Саратов. Когда переслали дело в Саратов, зампредседателя областного саратовского суда Матросов был удивлен! Следствие в Москве, а суд в Саратове! Он вынес решение об отказе рассматривать дело в Саратове. …Но Верховный суд настоял на позиции следственного комитета. И Лимонов с «подельниками» из московского изолятора ФСБ в военном самолете были доставлены в СИЗО города Саратов. На военном аэродроме их встречали те же лица, что производили арест. Они же потом и на суд будут приходить под ручку со свидетелем обвинения Акопяном, плотоядно желая упечь Лимонова на долгий срок. Заодно уж и остальных. Даже сотрудничавших со следствием Лалетина и Карягина.

Дело вел тот самый судья Владимир Матросов, который вопреки вышестоящим не принял поначалу «террористов» в свое распоряжение.

Процесс шел восемь месяцев. Пресса не обошла его своим вниманием. Заодно в городе образовалась ячейка НБП. Адвокатом Лимонова выступал Сергей Беляк – старый знакомый Эдуарда. Остальные адвокаты были из Саратова.

Запрашивая срока подсудимым, прокурор, разуверившись в своей доказательной базе, решил снять обвинения по ст.ст. 205 и 208 (терроризм и организация незаконных вооруженных формирований) четверым: Лалетину, Карягину, Силиной и Пентелюку. Но чтоб не потерять окончательно лицо, не снял их Лимонову и Аксенову. Как организаторам. Лимонову просил 14 лет, Аксенову – 12. Карягину и Лалетину за хорошее поведение просил условно.
Судья Матросов не слишком заботился о лице обвинения. Его возмутило, что копеечное дело ФСБ и генпрокуратура заставили рассматривать чуть ли не год.

Приговором Саратовского областного суда от 15 апреля 2003 года Савенко Э. В., Аксёнов С. А., Карягин Д. В., Пентелюк В. И., Силина Н. Е. и Лалетин О. А. признаны виновными в незаконном приобретении, ношении, хранении и перевозке огнестрельного оружия и боеприпасов, совершённых организованной группой, и приговорены к различным срокам лишения свободы. По другим предъявленным обвинениям Савенко и Аксёнов были оправданы.

При рассмотрении дела судом были выявлены нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе расследования настоящего дела следственной группой.

Савенко (Лимонов) Э. В. получил 4 года общего режима, Аксенов – 3 года 6 месяцев. Пентелюк – 2 года 6 месяцев, Силина – 2 года 4 месяца.
Карягину за сотрудничество со следствием дали 2 и 6, Лалетину за то же – 2 и 3. Но не условно, как обещали органы, а общего режима.

Сотрудники ФСБ на приговоре выглядели бледно, т.к. получалось, что Лимонов через пару месяцев уже мог условно-досрочно освободиться. Впрочем, и остальные – тем более. Так и получилось.