Но тем не менее Яшин продолжал оставаться сильнейшим игроком мира: техническое мастерство его было доведено до совершенства, тактические действия поражали своей гибкостью и остроумием. Его игра лишена была ложного пафоса и расчета на публику. Я бы сказал, Яшин создал свою строгую красоту вратарской игры — мужественную и рациональную.

Слава шествовала по стопам Яшина на всех стадионах Европы, Азии и Южной Америки. Он был одинаково сдержан и на поле и в раздевалке, когда шум рукоплесканий еще не утихал, а полиция с трудом сдерживала толпу болельщиков, которые хотели получить автограф советского вратаря Льва Яшина.

В Копенгагепе прп осмотре паспортов таможенный полицейский чиновник, посмотрев па паспорт Яшина, вскочил, взял под козырек и жестом показал, что для него «вход в Копенгаген свободен». Такими же жестами ему открывали дорогу в Париж, Лондон, Кардифф. В Париже после вечерней прогулки мы зашли с Яшиным в кафе-ресторан гостиницы «Модерн палас отель». Два кельнера, увидев Яшина, бросали подносы, подбежали, начали обнимать его.

—    Откуда они тебя знают?

—    Наверное, когда-нибудь я здесь обедал, — сказал он.

В поезде Париж — Марсель в вагоне-ресторане мы

спокойно обедали только до той минуты, пока кельнеры не увидели Яшина.

В Париже в типографии газеты «Юманите» Яшин ходил между линотипами, и все рабочие, словно в карауле, стояли у машин и приветствовали лучшего вратаря мира.

Слава! Что это такое? В толковом словаре сказано: «Почетная известность, как всеобщее призпапие заслуг, таланта.». Эти сухие слова полностью не раскрывают смысл этого емкого слова. Живой облик славы гораздо интереснее, многограннее. Слава Пеле, Гаррппчи, Суареса и слава Яшина, Месхи, Ивапова пе похожи. И если бы меня спросили, а чем отличается слава Яшина, я, не задумываясь, сказал бы: она сопровождается поразительным спокойствием и скромностью. Нигде и никогда он не подчеркивал своего превосходства, нигде не кичился своей знатностью. Оп владел поразительной славостойкостью. А это искусство сложное. Слава может возвысить человека, но может, как грязь, пристать к подошвам. Одежда славы своеобразна. Ее надо уметь носить, иначе швы лопнут при первом же неуклюжем движении. Яшин застрахован от этого, ибо его характер формировался среди людей, высоко держащих знамя нашей коммунистической морали.