У раздевалки толчея. Журналисты не могут пройти к тренерам. Полиция едва сдерживает напор бразильских болельщиков, которых оказалось очень много. Лица их возбуждены, и кажется, они не только не слышат свистков и зычных окриков полицейских, но и не чувствуют ударов резиновых дубинок. Они напирают на массивные деревянные двери, ведущие в раздевалку, с бранью и криками, в которых можно было услышать фамилию Феолы.

Знаменитый тренер сборной Бразилии, которого десять лет почитали миллионы болельщиков, в одно мгновение стал ненавистным этой разбушевавшейся толпе. Они кричат:

—    Феолу нам, Феолу! Отдайте его нам, мы расправимся с ним! Какой-то обезумевший краснолицый толстяк, подняв обе руки, кричал:

—    Феола не должен отсюда выйти своими ногами. Жить ему после этого нельзя!.

Бразильские журналисты, вместе с нами наблюдавшие эти дикие сцены, рассказали, что в Сан-Пауло разбита квартира Феолы, что семья тренера под охраной полиции вывезена из города. По улицам шествуют демонстрации болельщиков, требующих расправы с Феолой. На следующий день мы из газет узнали, что толпы разъяренных бразильцев в Сан-Пауло п Рио-де-Жанейро жгли на площадях чучела, изображающие Висенте Феолу.

В тот вечер Феола долго сидел в раздевалке стадиопа «Эвертон», и только ночью, когда разошлась толпа, его под охраной полиции вывезли по окраинным улицам из Ливерпуля.

Мпе дважды приходилось видеть триумф сборной команды Бразилии: в Стокгольме и в Сантьяго (Чили). Выиграв финальные матчи, футболисты, взявшись за огромное желто-зеленое полотнище, под восторженные крики зрителей обегали трибуны, выкрикивая какие-то слова, выражавшие их счастье. Так было. А в третий раз я вижу их в Ливерпуле. У них хватило мужества и спортивного благородства поздравить португальцев с победой, а затем построиться и организованно уйти с поля. Первым, хромая, двигался Пеле. Он отдал свою футболку Торресу, накинув па себя красное покрывало, под которым он недавно лежал у кромки поля.