Футболисты Западной Германии с такой экспрессией бросились в атаку, что наши игроки на какое-то время опешили и попятились назад к своим воротам. Создавалось впечатление, что немцам никто не мешает атаковать ворота Яшина. Уже на первых минутах быстрый Эммерпх неожиданно и сильно послал мяч в верхний угол ворот. Стадион ахнул. Никто не сомневался, что немцы открыли счет. Но в редком по красоте прыжке Яшин парировал удар. Это было настолько невероятно, что Эммерих развел руками, а остальные на мгновение словно окаменели. В моем блокноте записано: «Флаги не колышутся». Да, застыли и флаги, но не успел стадион притихнуть, как Яшин отбил такой же трудный мяч, на сей раз посланный Зеелером, затем третий, пущенный Халлером.

На трибунах люди стоя кричат и размахивают руками. Сквозь гул, повисший над стадионом, доносится:

«Я.шин!». «Я.шин!». Немцы притихли. Французский журналист Роберт Верпь сидел впереди меня, и каждый раз, когда Яшин парировал удар или брал трудный мяч, он поворачивался и поднимал большой палец.

Англичане знают и чтят Яшина с того знаменательного матча, когда он в Лопдопе, па стадионе «Уэмбли», за

щищал ворота сборной команды мира. Теперь он защищал ворота своей страны. Его блестящая игра доставила поистине эстетическое наслаждение ливерпульским зрителям. Матч не обошелся без инцидентов. Получил травму Сабо, а перед самым перерывом судья удалил Числено с поля за умышленный удар Хелда по ноге. Вторую половину встречи наша команда играла вдесятером и, как часто бывает в таких случаях, действовала гораздо лучше. Но все же матч был проигран — 1:2.

Мы покидали Ливерпуль. Широкая асфальтированная дорога, ведущая в Лондон, была забита в ту ночь машинами. Тысячи маленьких, юрких автомобилей мчались на юг. Это западногерманские туристы, довольные победой над нашей командой, возвращались на ночлег: кто в Шеффилд, в занятые ими гостиницы, кто в Лондон, к побережью, а там на паром — и домой.