И в сезоне поддержанием физической формы озабочен бывал не меньше, пожалуй, чем в пору, когда выступал. И пунктуальность, отчасти усложняющая общение с Бесковым, часто мешавшая мне чувствовать себя при встречах с ним и в беседах вполне раскованно, по-моему, самого его тяготит иногда — он бы и склонен был, по-моему, и к созерцательности, и к прострации, может быть, если бы не привычка постоянно мысленно измерять, мысленно возвращаться, мысленно расставлять, сопоставлять, противопоставлять. Да, знания профессиональные им накоплены и, вероятно, пополняются, но у меня сложилось впечатление, что пополнение происходит у него теперь без усилий и напряжения, естественно в навсегда спланированной им жизни, где футбол — все. Все — и вмещающий, и объясняющий, беспокоящий и сам же успокаивающий, символизирующий и превращающий в реальность.

Бесков не только держит в мельчайших подробностях, большинству и вовсе не уловимых, весь футбол, что видел на своем долгом веку в нем, в большом футболе. Он и слышит все, что о футболе говорится,— мы же вспоминали здесь уже его предрасположенность к без лимитным разговорам о футболе, причем в такие часы и следа отчужденности в Константине Ивановиче и не заметишь. Перед футболом, понимаешь, слушая его, все для Бескова равны.

Память Бескова на футбол удивительна еще и потому, что запас его наблюдений пополняется непрерывно,— видеть игру в любом исполнении для него потребность, необходимость, для него не существует незначащих, неинтересных игр. Нужное, важное для себя он в равной степени находит и в «гурманских» матчах «звезд», и в играх команд второй лиги, и в соревнованиях мальчишек.

Он закалил себя за столько лет, вытренировал, чтобы «шум внутренней тревоги», охватывающий его — по-разному, но неизменно и накануне матча, и по ходу игры, и в той или иной стадии подготовки к ней,— до окружающих не доносился, не доходил.

Хотя волнение свое от игроков и близких людей ему далеко не всегда удается скрыть. Он и выглядеть хочет на матче и перед матчем правильно: считает, наверное, что облик тренера — существенное слагаемое его игры.