В последнем интервью, которое он дал в больнице корреспонденту выпускаемой автозаводом газеты, Стрельцов пошутил, отвечая, как о нем написать, сказав, что об этом у меня («У Саши Нилина») надо спросить. Зная великодушие и доброту его, я все же насторожился, прочитав газету,— нет ли, однако, здесь иронии, относящейся к моей поспешности с выводами или проскользнувшей в них категоричности? И опять спешу — спешу сказать: «Эдик! Я не знаю, пока не знаю, как о тебе писать. Но, может быть,— подожди — чего-то мне и удастся, когда додумаю, когда решусь оторваться от футбола (а сам, наверное, знаешь, что оторваться от твоего футбола всем нам не легче, чем тебе было из него уходить) и рассказать наконец о Стрельцове в обыденной жизни, где рисовали мы тебя с оглядкой на поле, не вглядевшись в домашнюю твою суть.

Может быть, наш прощальный разговор, казавшийся бесконечным из-за длящихся пауз, словно нарочно возникавших для моего будущего комментария, столь щедро тобою санкционированного («пиши все, что знаешь. как я могу тебе приказать, что писать. ты фантазируешь — и я, когда играл, фантазировал»), наш прощальный разговор, занявший с перерывами три дня, повлияет теперь на все, что постараюсь написать я о тебе в дальнейшем, повлияет, изменив к лучшему меня, осознавшего величие твоей незлопамятности.

А здесь я одним лишь вопросом, заданным тобою в этом разговоре с пронзительным недоумением, ограничусь: «.за что меня?»

Кроме футбола, Бескова ничто всерьез не занимает, не волнует по-настоящему.

В этом я убеждался тем глубже, чем лучше узнавал его.

Догадываюсь, конечно, что с первых же строк моей версии жизни и судьбы столь знаменитого человека могу восстановить против себя не только великое множество почитателей футбольных талантов Бескова, но и, пожалуй, озадачить тех из его противников и критиков, кто тем не менее привык считать, что среди коллег его-то как раз выгодно отличает широта кругозора в общепринятом понимании. И вдруг.

Я намерен характеризовать в задуманной мною книге Бескова вопреки сложившемуся и общему о нем впечатлению?

Да вовсе нет.