Миллионы людей слышали его фамилию, тысячи и тысячи видели его на спортивном поле. Но и те и другие знали Трофимова-футболиста и вне футбола никак его не воспринимали. Для многие из них он, очень может быть, и продолжал существовать, однако перемещенный из каждоднев- ности в память.

Трофимов достиг известности, уже будучи человеком вполне зрелым и к собственной славе относился трезво. Только значило ли это, что, закончив играть в футбол, он готов был немедленно отказаться от того себя, который постоянно привлекал всеобщий интерес и внимание? В своем самоощущении он оставался большим спортсменом. То есть человеком осознанного честолюбия.

Древо знакомств его и дружбы было, как у всякого знаменитого человека, причудливо разветвлено.

Он был на виду у всех в сложный исторический период и заканчивал свои активные выступления на спортивной арене в то время, когда в общественных отношениях начали происходить существенные изменения. В происходившей ломке потеряли вес многие из тех имен и репутаций, которые прежде определяли характер времени. Трофимов, правда, относился к тем счастливо нашедшим себя во времени людям, которым поддержку оказывали доброжелательно и бескорыстно даже те, кому в иных ситуациях это было вовсе не свойственно.

Футбол, так уж выходило, раскрывал в отношениях к себе и своим «звездам» и не самых лучших людей с лучшей стороны. Конечно, и спортсменам той поры знакомы были уродливые гримасы времени, но в большинстве случаев поражаешься даже, с какой неожиданной лаской и доверием относились «тузы» к знаменитым игрокам, как щедр был тогдашний мир на знаки внимания и поощрения футболистов.

В отношении таком, конечно, чувствовалась и мимолетность, широта хорошей минуты, которая никогда, может быть, больше и не повторится. Можно было, конечно, стать и жертвой победной мимолетности, поверив в ее обманчивую длительность. Но Трофимов никогда не спешил обольщаться. Сосредоточенность на собственных спортивных: делах всегда выручала его.

У них всегда был открытый дом. С годами, конечно, круг знакомых и друзей несколько сужался, что не шло во вред прочности сохранившихся отношений и связей. Но и теперь их дом — это дом спортсмена, где все подчинено его режиму, его заботе о поддержании формы. И Оксана Николаевна — жена спортсмена.