Уругвайцы грозились, что откажутся от полуфинальной встречи. Они считали, что после победы над советской

сборной имеют право играть на стадионе «Ацтека» в Мехико. Однако для очередной игры с бразильцами они вынуждены были выехать из города Пуэблав Гвадалахару было очень жарко. Огромный Педро Рома все еще был травмирован. Центр защиты Матоза, вытирая платком мокрый лоб, сказал, обращаясь к своему партнеру:

—    Мы больше часа не продержимся, поверь мне.

Загало после первого тайма кое-кого поругал из игроков. Клодоальдо удалось сравнять счет. 1:1.

Затем под кнутом Пеле оживился Ривелино (3:1). Уругвайцы выбыли из розыгрыша.

—    Вот теперь,— сказал Пеле, смеясь,— наступило время бельканто.

И он громко запел:

—    Катари, Катари.

В мотеле «Карибес» веселье шло полным ходом. На террасе первого этажа бразильские игроки организовали оркестр. Они играли самбу прошедшего карнавала, которая очень нравилась им всем. Их группа все увеличивалась, и бразильские болельщики, недавно приехавшие, чтобы присутствовать на финале, размахивали зелено-золотым знаменем, все еще тяжелым от дождя.

Ожидаемая уже два дня над Гвадалахарой буря внезапно разразилась, прополаскивая цементные проходы стадиона «Халиско», затопляя мрачный пейзаж окраин, покрытый тучами копоти.

Чтобы игроки не промокли, шофер подвел автобус вплотную к двери раздевалки. Не обращая внимания на хлещущий дождь, торседорес кружились со знаменами в бесконечном ритме самбы. Ничто не могло охладить их энтузиазма. Иногда порыв ветра, казалось, подхватит их и бросит друг на друга. Ливень приклеил рубашки и брюки к телам бразильцев, а они хохотали под этим шквалом и пели свою воинственную песню, смысл которой заключался в словах: «Бразилия все сметет».

Эти фанатики чувствовали себя настолько униженными в Ливерпуле в 1966 году, что сейчас их радость казалась удвоенной. Они помнили страшный рекламный лозунг, который был брошен там злым шутником в лицо одному из них, когда тот, выйдя потрясенным со стадиона

«Олд Траффорд» после победы Португалии (3: 1) над его любимой командой, с отчаянным видом воскликнул:

—    Что теперь?!

Португалец ответил:

—    Теперь вам остается поработать десять месяцев, чтобы оплатить свое путешествие.