В свою очередь, о Пеле Тостао говорил следующее:

—    Даже зажатый четырьмя соперниками, он дает мне пас, и при этом ни один защитник не может коснуться мяча. Это сказочно.

Их взаимопонимание еще более совершенствовалось в ходе предварительных встреч. Однако в третьем отборочном матче никто из них не забил ни единого мяча. Крепкая команда Парагвая имела равное с Бразилией количество очков. Она обыграла Колумбию и Венесуэлу у них на поле. Почему бы Бразилию не заставить сложить оружие на глазах у своей публики?!

Обстановка накалилась, болельщики проявили агрессивные намерения, и их шумные провокации по отношению к бразильцам не замечались местными властями. Все нервничали. Бразилия пригрозила уехать, не сыграв матч, и только приезд президента конфедерации Жоао Авелан- же смог успокоить умы. Он успокоил, во-первых, своих футболистов; во-вторых, через бразильское посольство установил контакт с начальником канцелярии президента этой страны и службами безопасности. Авеланже заявил,

что он рассчитывает на спортивность и что только при этом условии может состояться игра. Это вмешательство спасло матч.

Когда 17 августа началась игра, страсти еще не улеглись. А тем временем тренер Бразилии желал иметь в своей команде вместо игроков 11 хищников. Лозунг, который, однако, совсем не улучшает внешние международные связи.

Парагвайская защита решила показать зубы. Судья Массадо быстро оказался погруженным в эту обстановку корриды. Эду, левый край «Сантоса», вторично сбитый с ног с самым злым умыслом, бросил в адрес парагвайца Рожаса известную фразу:

—    Это не мне следует мешать любой ценой, это великому негру № 10, Пеле. Понимаешь? Мы здесь исключительно для того, чтобы помогать ему.

Костолом попытался воспользоваться советом, но безуспешно. Пеле был настороже и умело избегал ударов. А в споре за очередной мяч все увидели, как этот игрок- гроза опустился на колено, болезненно держась за щиколотку. Выбежали врачи, стали его массировать, пытаясь вернуть в строй. Встреча возобновилась, но грубость исчезла.