Эту проверку для Пеле устроили потому, что в Европе пошли разговоры, будто Король делает ложный замах ногой. Но ничего подобного не было. Таким образом, его «остановка» совершенно законна, и ничто не может помешать ему пробивать этим способом пенальти на предстоящем первенстве мира.

Закончив сезон, Пеле смог, наконец, передохнуть и отпраздновать помолвку в ночь под Новый год с очаровательной брюнеткой двадцати лет Роз-Мари Шолби:

—    Я обратил на нее внимание на одном баскетбольном матче в 1958-году, а через неделю мы познакомились. Подружились. Затем я узнал ее двух сестер — Веру и Изабеллу, работающих преподавателями, потом познакомился с их отцом, с которым иногда удачно рыбачили всякий раз, когда я был свободен от игр. Короче, мне нравилась вся семья. За серьезным и строгим видом интеллектуала Роз-Мари скрывается большая нежность и жизнерадостность. Она чувствительна, доброта ее не знает границ, а сердце — вот такое большое! Даже если предположить, что это единственная девушка, которую я хорошо знаю, то все равно второй такой не сыщешь. Она ничего не понимает в футболе и путает угловой с пенальти. Роз-Мари никогда не видела, как я играю! Она изумительная хозяйка, и это, пожалуй, поважнее.

Пеле провел свой короткий отпуск в конце года с родителями и невестой. Тренировки начались 3 января. Король должен сбросить три килограмма. Финская баня, массаж,игра в напяленных на себя одна на другую майках, режим и т. д.— вот обычная программа для футболиста. Тренировка скаковой лошади!

Пеле совершил тогда одно из самых приятных путешествий за всю свою долгую карьеру. Он отправился на Берег Слоновой Кости для игры в Абиджане. И там — неожиданность. Едва Пеле выпрыгнул из самолета компании «Эр-Африк», как несметное число болельщиков, приклеившихся к плоским крышам домов, принялись скандировать:

—    Король! Король!

Это продолжалось до тех пор, пока он садился в машину и ехал до гостиницы. Осада — до самого матча. И Пеле, чрезвычайно взволнованный этой теплой встречей, этими братскими овациями, этими скромными людьми, которые проделали не один десяток километров, чтобы попытаться увидеть его и, если возможно, пожать ему руку, чувствовал, как слезы катятся у него по щекам. Катятся так же, как и в первый день одиночества в «Сантосе», как после победы, которую он одержал в Швеции в возрасте почти восемнадцати лет.