На следующий день я вылетел в Москву. Вечером, когда меня вызвал к себе заместитель генерального директора ТАСС Виталий Игнатенко, все прояснилось: «Мне, — гневно сказал Игнатенко в присутствии Ермакова, — звонил Евгений Михайлович Тяжельников и выразил свое неудовольствие вашим отчетом».

Здесь необходимо пояснить, кто такой Тяжельников. В свое время он работал в челябинском обкоме КПСС, в 1968 году его назначили первым секретарем ЦК ВЛКСМ (формально, разумеется, выбрали), а в 1977 году — заведующим Отделом пропаганды ЦК КПСС. После того как в ноябре 1982 года умер Леонид Брежнев и к власти пришел Юрий Андропов, Тяжельникова моментально отправили послом в Румынию. Где он сейчас, мне неизвестно.

В качестве руководителя советского комсомола Тя- жельников прославился тем, что на одном из съездов КПСС он под аплодисменты собравшихся, перешедшие в бурные продолжительные аплодисменты, зачитал какую-то заметку из старой многотиражной газеты о Л. Брежневе. Этот акт — одно из самых больших «достижений» советского комсомола.

В те годы, когда Тяжельников руководил советским комсомолом, молодой, талантливый журналист Виталий Игнатенко стал заместителем редактора газеты «Комсомольская правда», а затем — заместителем генерального директора ТАСС, которым руководил в те годы нынешний посол СССР в Великобритании Леонид Замятин. Между прочим, Замятин вместе с Игнатенко (в годы брежневщины они, кстати, возглавляли Отдел международной информации ЦК КПСС) стали в 1978 году лауреатами самой престижной в Советском Союзе Ленинской премии за сценарий фильма «Повесть о коммунисте» — фильма о светлой и яркой жизни и неугомонной деятельности во благо советских людей Леонида Ильича Брежнева. Не уверен, что лауреатам послу Замятину и ставшему недавно Генеральным директором ТАСС Игнатенко хочется сейчас вновь и вновь смотреть этот «шедевр» документального киноискусства.

А.   И. Солженицын в своих «посильных соображениях» о том, «Как нам обустроить Россию», заметил: «И вот в новую гласность кинулись и все грязные уста, которые десятилетиями обслуживали тоталитаризм. Из каждых четырех трубадуров сегодняшней гласности — трое недавних угодников брежневщины, — и кто из них произнес слово собственного раскаяния вместо проклятий безликому «застою»?.