Я понимаю, что равняться сейчас на Италию, Англию или США нам не под силу, но уж на фоне команд Коста-Рики или Камеруна мы могли бы, наверное, смотреться не так убого.

Да, если бы кто-то намекнул нам до чемпионата о возможной нашей убогости на фоне камерунцев, мы бы, несомненно, обиделись. Но вот прошло жаркое итальянское футбольное лето 1990 года — и где они в мировой табели о рангах, а где мы? Вот так-то. И единственной отрадой нам может служить то, что тренировал эту команду наш, советский специалист. И так резко и неожиданно вознесла его на самый гребень всемирной славы непредсказуемая спортивная жизнь, что не готовы оказались к этому прежде всего мы, его соотечественники. Вспомните, как долго на вопрос: кто же такой Валерий Непомнящий не было у нас единого ответа, а существовали лишь версии, вольно гулявшие даже в самых, казалось бы, просвещенных футбольных кругах.

Грозный в прошлом форвард самаркандского «Динамо», вынужденный рано оставить футбол из-за травмы, талантливый тренер команды второй лиги, которому не давали ходу, один из тех учеников Лобановского, которым Валерий Васильевич по праву может гордиться,— один вариант.

Человек, никогда не игравший в футбол на приличном уровне, полудетский-полуюношеский тренер, непонятным образом просочившийся за границу, — версия номер два.

Истина, как мы знаем, обычно находится где-то посередине. Итак, кто же вы, «месье Валери»?

—    Человек, действительно никогда не игравший в командах мастеров. Более того, если бы из туркменского городка Кизыл-Арвата, где я провел свое детство, не уехал тренер баскетбольной секции, не уверен, что наши с футболом пути вообще когда-нибудь бы пересеклись. А так я в шестнадцать лет остался не у дел, и пришлось переквалифицироваться, и хотя в то время я с трудом добивал мяч до ворот с линии штрафной — честное слово, не преувеличиваю, таким был доходягой, за год дошел до сборной республики. Потом играл за сборную ашхабадского инфизкульта, был призван в армию, оказался в Самарканде, где играл за команду «Спартак», выступавшую в региональных соревнованиях. И лишь отслужив армию, получил приглашение в ашхабадский «Строитель», где не успел сыграть ни одного матча, так как из-за внезапно развившихся почечных болей мне пришлось навсегда оставить футбол. Произошло это на рубеже 1967—1968 годов.