Успех Кубка Либертадорес и пример Европы, где существовало три крупных клубных турнира, побудили Южную Америку расширить свою международную активность. В Новом Свете (как в России), долго запрягают, но быстро ездят. До 1988 года Кубок Либертадорес оставался одиноким, но затем «младшие братья» у него стали появляться один за другим.

Клубыгранды давно перестали находить на внутренней сцене как возможность для упрочения своего престижа, так и рычаги

для пополнения кассы. В Аргентине, скажем, «Ривер Плейт» мог собрать аншлаг только на «кпасико» с «Бокой». В Уругвае то же самое касалось «Насьоналя» и «Пеньяроля». Поэтому учреждение нового солидного по составу международного турнира (или турниров)назрело.

Вопрос только как он должен был быть? Пойти по пути, проторенному Европой, Южная Америка в данном случае не могла: аналог Кубка кубков был невозможен изза отсутствия национальных кубковых соревнований в странах. Аналог Кубка УЕФА тоже не совсем годился, поскольку в Кубке Либертадорес каждая страна заявляла не только чемпиона, но и вицечемпиона.

Решение было найдено в том, чтобы объединить все клубы, которые когдалибо побеждали в Кубке Либертадорес. Такой турнир заведомо обеспечивал клубу, однажды отличившемуся в соревновании номер один, «вечную» прописку в Суперкопе так новое детище было названо.

В прессе Суперкопа поначалу была воспринята недоброжелательно. О ней писали как о соревновании ненужном и искусственном. Но довольно быстро ей удалось обрести популярность: да и как могло быть иначе, если там сражались только «избранные». По сути дела, в Южной Америки раньше, чем в Европе материализовалась идея Суперлиги, которая в Старом Свете витала с незапамятных времен.

Первым победителем Суперкопы стал буэносайресский «Рэ- синг», в составе которого в финальных матчах с «Ривер Плей- том» блистал голкиперветеран Убальдо Фильол, чемпион мира 1978 года, который прежде защищал ворота «Ривера». Славные годы «Рэсинга» остались далеко позади, но этот успех позволил клубу напомнить о себе.