Пока капитаны обменивались рукопожатиями, слегка отдышался, осмотрелся.

Меня поставили играть левым полусредним. Как только наш центральный нападающий сделал первый удар по мячу, я успокоился. За технику я не боялся, знал, она у меня есть. Помню, когда полузащитник передал мне мяч, на меня налетел с небрежным видом центральный полузащитник противника, думая, что тут ему трудиться не придётся. Крепко обманул я его тогда! Сделал одно обманное движение, другое. Он туда, сюда. Смотрю – остался где-то сзади, лежит. А я с мячом – вперёд!

И тут случилось нечто такое, что и вовсе ободрило меня. Счет был 0:0. Игра шла ровно, но электростальцы больше атаковали нас. И вот игра перешла к штрафной площадке противника. Хорошо прошёл по краю наш нападающий и сильным ударом послал мяч к воротам. Мяч стремительно летел на высоте примерно метра от земли. Вижу, правый полусредний не успевает к мячу. Центральный нападающий закрыт защитником. Что делать? Доля секунды решает всё! Проскальзываю вперёд. Вот он, мяч! Едва не падая, наклонившись влево, бью правой с лёта. На редкость хорошо лёг мяч на подъём. Удар получился сильный, быстрый, точный. 1:0!

Бегу к центру, словно ничего и не случилось. Будто для меня самое обыкновенное дело забивать голы, играя в команде взрослых. В той памятной встрече мне удалось забить ещё один мяч. Мы выиграли тогда со счётом 4:1. Я говорю «мы» потому, что сразу после игры старшие товарищи дали мне это право. Все собрались в раздевалке, разгорячённые игрой, довольные успехом. Ко мне подошёл капитан команды, спросил, как я себя чувствую. Я сказал: «Хорошо!» Он посмотрел на товарищей: «Так, Гриша, значит, придёшь теперь ты к нам на тренировку в пятницу к шести часам».

Окончив в 1934 году ФЗУ, Григорий расстался с родным Глуховым. Переехал в Москву, стал работать токарем по металлу в механическом цехе завода «Серп и Молот» и играть за столичный «Металлург», который тренировал Владимир Георгиевич Блинков. Будучи игроком «Металлурга», Федотов попал в «группу усиления» столичного «Спартака» на матч со сборной Басконии, состоявшийся 8 июля 1937 года. Федотов тогда демонстрировал поразительную способность вдруг как-то обособиться и сделаться незаметным, флегматичным игроком, казавшийся поначалу неуклюжим увальнем, которому всё происходящее на поле было совершенно чуждо и неинтересно.